00:08 

Не думал, что и до этого уже дойдет иисусе

Очкароносный пахламон
23:54 

Очкароносный пахламон
Кто бы вмуровал мне полые сосуды в каменные стены
Для хорошей акустики
Я бы тогда кричал что есть сил, вознося свою боль под купол.
Но кто-то построил крепость,
И камень на камне,
Камень на камне.

@темы: хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

02:55 

Сиюминутное для моей сказочницы)

Очкароносный пахламон
Ищу ответы на сложные ребусы
В моих траченных молью тетрадках
Имеет значение фактор резуса
Или резус, как там его, фактора?
С позавчера и до послезавтра
Говоришь, стояли мои поезда.
А теперь что?
Несутся, слепые, на всех парусах,
В никуда, посмотри, в никуда.

@темы: литеррор

04:52 

Очкароносный пахламон
Здесь горит сигнал «полеты запрещены»
В звездном куполе уши ломит от тишины
«Парадайз», гласит ржавая вывеcка
Мне с обочины машет девочка
на окраине рая выросла.

Мы с ней тонем, бывает, в беспечном веселье
Кормим кошек, ловим рыбу по воскресеньям
От босых ее ног не бывает кругов на воде.
И зрачки треугольные светятся в темноте.

Она к вечеру тает в горячем воздухе и поет,
Я не знаю, как мне теперь жить без нее.
Обойду океан небесный, за пядью пядь.
Чтоб на райской обочине снова ее терять.

@темы: литеррор

16:56 

Очкароносный пахламон
Всем раскрываюсь, каждому встречному.
Словно пух обрываю с мягкого птенчика,
Не давая шанса на первое перышко.
Разоряю теплое гнездышко.
И мертвые птицы
Сыплются, сыплются
Пресной небесной моросью.

@темы: литеррор, хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

23:52 

Очкароносный пахламон
Кровь стеклянная, звонкая,
Носовая перегородка - картонка.
Сухие веки, нежадные руки,
Губы сомкнуты. Сон.

Вздох нечаянный,
Несладкий чай,
По окну утро, под завтрак смотри,
Кто это кричал?
Там. Внутри.

@темы: хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

03:05 

Очкароносный пахламон
Как ранняя весна моя любовь
Родится на один погожий день.
И снова скорчится под снежной простыней.

Бумажный голубь, спичечный кораблик,
По двум морям плывут
Как отражения друг друга в синеве.

Вновь инея седую паутинку
Как кружево сплетут
Худые пальцы умирающей зимы.

@темы: хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

00:40 

Очкароносный пахламон
Мой безумный близнец говорит мне – ударь, ударь.
Вспоминаю горестно – холод, Москва, февраль.
Мой взбешенный близнец твердит мне – убей, убей,
Та зима не кончится, боль не уйдет за ней.

Мой печальный близнец говорит мне – постой, постой,
Поджигай гниющее сердце пока живой,
Захлебнись отравой, но не сойди с пути.
А близнец мой несчастный плачет. Прости. Прости.

@темы: литеррор, хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

04:02 

Как если бы блюз

Очкароносный пахламон
С удивлением обнаружил, что напеваю эту нехитрую псевдоблюзовую песенку после прочтения истории. Пришлось записать для памяти.

Малышка Фрида Бекки, ты разбила мне сердце

Не бойся, детка, нет,
Не закрывай глаза,
Он уже не жилец, мне сказали голоса.
Смотри, учись, малышка, повторяй за мной.

Смотри, как вьется пыль,
И как течет река,
Попробуй смерть на вкус, возьми на кончик языка,
Мы снова сможем лететь по автостраде без конца.

Послушай, крошка, нет,
Я не хочу терять,
Мы будем вечно жить, петь, любить и убивать,
Я слишком долго был в аду, я не дам тебе уйти.

Говорят, я психопат,
А вовсе я не так уж плох,
Говорят, я маньяк, а я всего лишь одинок.
Я думал, мы с тобой будем вместе навсегда

Поспи, родная, я,
Твой последний женишок,
Я оставил тебе свой последний штришок,
Свой смертельный укус на прощанье тебе подарил.

Прощай, детка.

Малышка Фрида Бекки, ты разбила мне сердце.

Генри Ли Лукас родился 23 августа 1936 года в Блэксберге, штат Виргиния. Он считается если не рекордсменом, то одним из лидеров по числу совершенных преступлений.
970 год. Совет по освобождению штата Мичиган под честное слово освобождает Генри из тюрьмы. Лукас встречает Оттиса Тула, который стал генератором извращенных проектов преступников. Образуется трио: Лукас, Оттис Тул и племянница Тула Фрида «Бекки» Пауэлл. Лукас заботится о ребенке, как о собственной дочери, обучая параллельно основам воровства, грабежа и убийства.
12.1981 г. Бекки отправляют в детскую колонию во Флориде.
01.1982 г. Лукас и Тул помогают Бекки бежать из колонии. Лукас и двенадцатилетняя Бекки становятся любовниками. Инициатором подобной связи был не Лукас, а сама девочка. Она третировала серийника, обвиняя его в гомосексуализме, до тех пор, пока Лукас не отказался от своего отеческого отношения к ребенку.
03.1982 г. Познакомившись с Рубеном Муром — проповедником секты «Дом молитвы» - парочка обосновывается в колонии этой протестантской секты.
1983 год. Бекки уговаривает Лукаса отвезти ее в колонию, где она могла бы отбыть свой срок и стать порядочным человеком. После долгих споров Лукас соглашается, и пара покидает секту. Не доехав до цели, во время очередного конфликта, Лукас убивает ее ножом в сердце. Сняв с пальца кольцо, он расчленяет тело на куски и зарывает в землю.




 

@темы: изоттуда

00:34 

Очкароносный пахламон
Я знаю, что где-то ты точно есть.
Хриплая, тонконосая, нервногубая
Мой прокуренный божок в облаке черных волос.
Ты найдешь меня спрятанным так глубоко,
Как может скрыться только очень пугливый дурак.
Под слоями угля и нефти.
Я добудусь сам, если хочешь.
Оплету твою шею, и никому меня не показывай.
Не хочу, чтобы кто-то нас видел счастливыми.
Любовь как ребенок - нельзя фотографировать.
Нельзя говорить ее настоящее имя.

А может, мы будем вместе, только никогда этого не узнаем.
Я проживу еще много лет и увижу, как нас не сбылось.
Все равно я знаю, что где-то ты точно есть.
Иначе зачем я стал бы с тобой говорить?
Здравствуй, милая, если мы все же найдемся,
Я уверен, чтобы узнать друг друга - хватит одной секунды.

@темы: хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

02:02 

выспреск

Очкароносный пахламон
Золотым сиропом полдень ворота жжет,
там придворный конюх прячет в ладонь смешок.
Белошвейка, ахнув, криво кладет стежок,
едко шепчет в истоме челядь - он не пришел.

Его видели ночью во мгле городских канав,
разбитным и пьяным, дерзким, в крови рукав.
Пел, заплакав, гимн, нищим перстни свои швырял
и просил кого-то,
чтоб больше его не ждал.

И ложился спать.

22:35 

Очкароносный пахламон
Под мотив подстроиться несложно,
Шаг, изгиб – и в ритм понесло.
Поведет, скользнет, войдет подкожно
Россыпь нот – проросшее крыло.
Передышка, вздох – опять по новой,
Расплетая воздуха клубки,
Отмеряя поступью неровной
Звонкость протянувшейся строки.
По квадратам сбивчиво петляя,
Путаницу ног предотвратим.
Закружим, безжалостно сбивая
Тех, кто не подстроился под ритм.

00:48 

стопроцентно антихудожественно

Очкароносный пахламон
В ослепительной гриве вьется седая прядь,
Разреши мне только больше тебя не ждать.
Оголенным проводом вырванный нерв искрит.
Сто шагов по свету. Дубль. Мотор. Рапид.

Это просто обычный день, когда все не так.
Съел прогорклый вечер, ночью уснул в слезах.
По венозным руслам гнал никотин и чай.
Закажи мне стаканчик скуки - со льдом. Смешай.

Заплати джазмену, будет играть не нам.
Одолжи мне время, сколько смогу - отдам.

@темы: хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

05:50 

Очкароносный пахламон
Дерзкий тост пьяного придворного художника на пиршестве в честь восхождения на трон.

Холодна кожа твоя, император.
Не знают наложницы ласк
Ладоней обветренных.
Живо ли сердце твое, самозванец?
Пейте, дворяне!
Царит прекраснейший из бессмертных!

15:44 

Очкароносный пахламон
Император прогнал танцовщиц, не пьет вино
До рассвета час, ему томно, ему темно.
Ожерелье сорвал, и лицо утопил в шелках.
Императору вечно жить, и да будет так.

Император красив как бог. Он чумной и злой,
На разбитый кубок ступит босой ногой,
И придворный художник бросит соболью кисть –
Нитей алых петли в пальцы его вплелись.

02:30 

не пропало чтоб

Очкароносный пахламон
Ветер носит желтый листок, он кувыркается, кидается на окна, несется мимо. Прилепится к одному - и за ним играют на пианино. За соседним сметает пыль старый франт, у него сто тысяч библиотек. За другим танцуют фокстрот, дребезжит старый сервант, трещит дешевый паркет. В четвертом часу кто-то не гасит свет, не спит, жизнь шипит, в сотне оконных глазниц, на боках ледяных планет.

22:39 

Очкароносный пахламон
Мне приснился сегодня мой сломанный флаг –
Ты случайно не знаешь, дружище, к чему?
Ты держал его? В боли, в крови и в дыму?
Да, держал, – Это только к победе, дурак.

А еще мне приснился раскат громовой,
Бесконечно дробящийся эхом в горах,
Ты же слышал его? Ты стоял на ногах?
Это значит что будет удачен наш бой.

И приснилось кровавое небо потом,
И в него улетающих птиц косяки.
Я был рядом с тобой и не отнял руки?
Это значит не выстоит враг под щитом.

Я не верил ему и в закатном огне
Знал, что знамя мое станет рваным к утру,
Черный взвеется флаг. На заре я умру.
Мой единственный друг – вспоминай обо мне.

23:19 

Очкароносный пахламон
Это не стихотворение. Просто лист бумаги был узкий

Я помню время
Когда слова приходили сами
И их не нужно было давить
Из себя по капле
Они пели и гибли
Как соловьи-однодневки
Маленькие сияющие
Одноразовые птицы.
Разбивающиеся о камни
Глиняные медальоны
Цветные стекла
Сквозь которые мир
Казался другим
Несомненно лучшим
Чем на самом деле
Гаснущие послезавтра
Горячие солнца
Шипящие от дождя
Пахнущие грозой и пеплом
Они уходили и раньше
Прихватив полупустые бутылки
Я откидывался на спинку
Скрипящего стула
Устало закуривал и ждал
Но еще ни разу
Я так до смертельной боли
Стягивающей тело крученым жгутом
Не боялся
Что они не вернутся

@темы: хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

01:21 

Очкароносный пахламон
Я хожу по городу, заглядываю женщинам в лица
Тайком нюхаю воротники их пальто,
Надо мной прохудилось небо, как решето,
Плачется, кислое, все не может остановиться.

Я корабль без якоря, блудный, непрочный, быстрый,
Попадающий в штиль и зыбкие треугольники,
Палубу драит ветер, а в трюме лежат покойники,
И в каютах звенит фарфор, когда убегают крысы.

@темы: хандрил внутримышечно, меланхол внутривенно

17:56 

Очкароносный пахламон
Томми-Томми. Твоя малышка тебя ненавидит.
Ты гангстер, Томми, и тебе недолго осталось. А у нее впереди – старость.
Твоя малышка сидит в одной ночнушке на кровати в отеле и глотает вермут из горлышка бутылки. Проклятый сухой закон, с ним чего доброго совсем сопьешься.
Твоя детка Луиза совсем не глупышка, и у нее настоящие кудри, хотя выглядят совсем как завитые нарочно. Только зря она выкрасилась в блондинку, ей это, если по правде, совсем не идет. Просто она так тебя любила, Томми. Томми-Томми…
Она думала, что гангстер и блондинка – это поэма, а оказалось – унылая проза, где ты возвращаешься заполночь, небритый, помятый и равнодушный, хотя тебе всего лишь двадцать шесть. И твои скулы больше не остры, а воротник рубашки расстегнут.
Твоя крошка Луиза плачет, Томми. Томми-Томми.
Если ты думаешь, что это из-за газеты, где пишут, что тебя накрыли в спикизи во время последней облавы, то ты идиот, Томми.
Это газету она еще не видела.
Томми-Томми…

Околокуролесица и пересолилизм

главная